Август 27, 2012

Не одинокий волк

Предприниматель Олег Демочкин никогда не переставал смотреть в сторону леса и озера. В один прекрасный день он продал свой бизнес и купил лодку. Денег стало меньше, счастья – больше.

— Путешествия меня привлекали всегда. Может, папа тому виной — он меня по выходным в лес водил. Шишки собирали, костерки жгли. Мне, ребенку, тогда все это очень нравилось…

 

Мы сидим с Олегом Демочкиным, бывшим предпринимателем, в его лодье «Волк». Она такая одна в Петрозаводске: деревянная, открытая, красивая, необычная. Кипятится чайник, капитан шуршит пакетом с печеньем. Я мерзну в толстовке, а Олег прекрасно себя чувствует в тонкой рубашке. Невольно перевожу имя лодьи на ее хозяина, очень уж оно ему подходит.

 

— Я с четырех лет жил в Кондопоге. Угадай, где работал мой папа? Комбинат  – проклятье всех жителей этого городка. У него в кабинете стояла раскладушка: в семь утра уходил, в восемь приходил. Я его, кроме как на выходных,  не видел. Конечно, подразумевалось, что я пойду по стопам отца или что-то вроде того. А я втихаря поступил в речное училище: деньги на каких-то подработках  получил и поехал, подал документы. Потом сдал экзамены. Папа был в шоке, когда узнал, что я не буду работать на комбинате, что буду жить в Петрозаводске. А речное тогда было престижным. Моряки квартиры покупали с одной навигации.  Не говорю уже о том, что можно было технику разную, шмотки привозить. Я сначала думал, тоже буду моряком. Потом понял, что нельзя всю жизнь ходить на корабле по 7 месяцев в году. И не стал.

 

Бизнес. Нервы

 

— После армии поменялся взгляд на жизнь. Я серьезнее стал. Обзавелся чувством субординации: этого очень не хватает тем, кто не служил. Считаю, армия – классная штука. Мне она помогла проскочить момент, подростковый возраст, когда друзья спивались и наркоманили. Мы с автоматами бегали, а кто-тоздесь кололся.  Может, не будь в моей жизни службы, я бы пошел по кривой дорожке. Кто знает?

 

— Занимался бизнесом сначала, да. Оптовой торговлей. Оборудование кое-какое поставлял на предприятия. Дорогие маленькие штучки… Но деньги потихоньку вкладывал в любимое дело: джип купил, сайт сделал. Понимал, что в идеале надо заниматься чем-то одним: либо бизнесом, либо путешествовать. Но сразу уйти не отваживался… Помог кризис, когда стало сложно работать, начались нервы. Я бы мог, конечно, купить тогда три ларька и забить их пивом с сигаретами: прибыль была бы хорошая.  Но просто плюнул.

 

— Бизнесом в наше время нельзя заниматься по-честному и с хорошим настроением. Когда ты в бизнесе, то не ложишься спать,  думая: «Как же хорошо, я сегодня заработал бабок!» Потому что нельзя заниматься бизнесом, не наступая кому-то на горло. А это далеко не самые приятные ощущения. Ну и всегда нервы, всегда на стреме… Друзей у меня почти не осталось, потому что деньги и дружба – вещи несовместимые. Продадут тебя не за десять тысяч долларов, так за сто… Был у меня такой опыт. В общем, я просто устал.

Корабль

 

— Я эту лодку увидел на Белом море. Ну, то есть не прямо эту, а похожую. Смотрю – десять штук в ряд стоят, моторы висят. Рыбацкие. Я поразился: не знал, что такие бывают! И ведь стоят без присмотра… В деревне никто не ворует – живут там, как одна семья. Там даже если захочешь мотор пропить, не получится: одна продавщица – родственник всех. Мы, в общем,  в этой деревне переночевали. Утром я сходил к самому крутому рыбаку на деревне. Поговорили. И он построил мне эту лодку. Я ее, кстати, называю корабль.

 

— Печально, что в Онежском озере мало деревянных судов. По пальцам пересчитать. И, когда на меня в моей лодье иностранцы показывают, приятно. Как-то семейная пара  вышла из дорогого, современного катера и стали охать: «Как мы вам завидуем! Как завидуем!» А я им: «Давайте меняться!» Посмеялись. Пластиковая лодка -  это удобно, престижно, быстро…

Но меня открытый корабль ничуть не беспокоит.  Дождь? Ну, я палатку поставил, якорь кинул и сплю. Какие проблемы?

 

— Города ослабляют людей. В них становишься потребителем и заложником комфорта. Вода, электричество... Бесконечная гонка: услуги, соблазны, машины. Всегда хочется больше, чем можешь себе позволить. А в тайге что надо? Вот, пошел, еды наловил — и сиди, жуй, размышляй о жизни.

Помнишь, как-то на Древлянке канализация сломалась? Паника была: в туалет не сходить. Это же смешно! Толчок сломался, и человек уже не знает, что ему делать…

Возрастные изменения

 

— Сейчас весь мой заработок – туризм. Мне это дело очень нравится. Денег стало меньше, удовольствия – больше. Лодка привлекает туристов. Есть очень интересные люди, которые вычисляют меня в Интернете и пишут подробно, чего хотят. Например, посмотреть те или иные острова. Они сами все организуют, я только везу. Такие люди, как правило, любознательные,  с ними классно. Я вообще люблю, когда люди вокруг. Я не одинокий волк.

И заказы подобные, кстати, неплохо оплачиваются, с голоду  не умираю. Мне предлагали как-то быть директором ресторана. Прикольно же, да?  Но я даже не раздумывал. Самому быть себе хозяином куда проще.

 

— Наверное, лодка, туризм — это возрастные изменения. Ну не по дискотекам же мне сейчас бегать? Интереснее в тайгу с ружьем сходить, зверя, птицу пострелять.

Охочусь исключительно за еду. Мы с товарищами  подобьем кого – тут же сварим. Больше, чем надо для ужина, я не стреляю. Сейчас время не то, незачем запасы делать. А вообще, попробуй еще добудь  кого… Скорее, умаешься и ни с чем останешься.

 

— Очень волнуешься на охоте. Когда сидишь в  засаде целый день. Вот, помню, Белое море, октябрь, дубак. Летают гуси, но на тебя не летят. А как на другое место перебежишь –  обязательно кто-нибудь над твоей прошлой «засидкой» пролетит. Очень нервно. Но не те нервы, что в бизнесе.

Либо лес, либо пузо

 

— Я развелся. Женщинам не угодишь. Вот какой должен быть идеальный муж? Хорошо зарабатывать, дома сидеть, детей любить… Остроумный должен быть, стройный, спортивный, мужественный. А как этим всем обладать, сидя дома? Получается, либо сидишь дома с чашкой пива, либо бегаешь по лесу с карабином…  В первом случае у тебя пузо, во втором случае пуза нет,  но ты в лесу.

Ради большой любви я домашним зверьком никогда не стану.

 

— Мне нравится готовиться к походу. Еды, воды набрали, парус дернули. И ничего не остановит. Кайф! А как мы в тундру ездили на вездеходе! В такие места заезжали, вы представить не можете! Как в забытую Богом Унежму в феврале пробились! Деревня 1555 года постройки – интересно было посмотреть, никакой больше цели не было. Там церковь была из камня, квадратная такая... Сильное, странное место. Говорят, какие-то иконы там перемещались сами по себе… Маршрут  пробили, фотографа с собой взяли. Узнали у егеря, где  охотничья землянка. Нашли ее по трубе: из снега торчала. Два часа копали вход. Внутри – как в погребе: холодно. Привезли туда дров, раскочегарили. И так было жарко и классно спать, что две ночи в ней провели.

 

— Крайности я не люблю. Уходить за тридевять земель и на деревьях жить – это крайность. В шкурку заматываться – зачем? Я Интернетом пользуюсь и отказываться от этого не хочу. А вот долгие рейды делать, многодневные, дерзкие походы – это экстрим, это здорово. Каждый мой поход – это знания. Мы не просто так по лесам шарахаемся. У меня еще есть байдарки, катамаран, всякая туристическая фигня – тоже иногда использую.

Изба

— Я сейчас живу в Ялгубе – у нас там с товарищем изба. Там вся техника, лодка. Генераторное освещение. А на лето я снимаю квартиру, чтобы быть ближе к причалу. В Ялгубе у нас маленькая шведская пилорама, мы недавно научились работать на ней, лафет делаем. Из него можно баню, домики строить. Работы много впереди. Не знаю, что из этого выйдет в перспективе. Посмотрим.

 

— Дальше? Вот, думаю, из Онеги надо выйти…  Хочется, конечно, большего, движения вперед. Но нужны возможности. Деньги надо заработать. У меня дочка учится – за учебу надо платить. Не переживаю, давно понял: когда что-то делаешь, всегда найдется потребитель. Главное, не сидеть на месте.

 

— Есть минусы в вольном образе жизни. Вот травма случится  – и все остановится. И пенсию потом мне платить никто не будет. Это я понимаю…

 

Мечта? Хочется дом плавучий, самоходный. Чтобы можно было места пребывания менять. Работать для того, чтобы в пятиэтажке квартиру купить – это не для меня. Это скучно.

Про счастье и тараканов

 

— Счастлив я постоянно. Вот в данную секунду абсолютно счастлив: ничего не болит, никаких недоделанных дел нет. Глобальных депрессий у меня не бывает, а локальный психоз… Так это нормально, наверное.  Вот в первый месяц лета я депрессировал: погоды нет, работы нет. А я, если без работы сижу, жиреть начинаю. Накопление творческого потенциала это называется (смеется — прим. авт.).  Очень меня такое состояние раздражает.

 

— Ни с кем себя не сравниваю. Кому-то -  лодки, кому-то — казино… Нет в мире  рецепта стопроцентного счастья. И у всех свои тараканы.

Журналист Евгения Волункова
Фотограф Михаил Никитин

Статья из http://old.rk.karelia.ru


Яндекс.Метрика